Последний солдат тюремного рока

Термин "тюремный рок" возник в начале 50-х годов после появления песни Лейбера и Столлера "Jailhouse Rock". Понятие "тюремного рока" никогда не было "официальным" термином. Ряд западных рок-критиков применяли сочетание jailhouse rock лишь в качастве характеристики групп, непременными элементами композиций которых были мрачные монотонные мотивы и не менее мрачные тексты. К числу представителей "тюремного рока" из известных команд с некоторой натяжкой можно отнести, пожалуй, лишь Joy Division (по музыкальной структуре) и Dead Kennedy's (по содержанию текстов). В русском андеграунде единственным аналогом, наверное, будет кеннигсбергский "Комитет охраны тепла".

Об этом проекте лидер "Комитета" Олди рассказывал мне ещё во время своего последнего посещения Риги осенью 1991 года. Сразу по окончании фестиваля "Рок-руденс" группа отправилась в Москву на запись в студии ТТЦ Records, однако, альбом, названный так же, как и сама команда - "Комитет охраны тепла", появился почти четыре года спустя. Тогда конструктивного разговора об альбоме не получилось: беседа постоянно перетекала на тему самоубийства Янки Дягилевой и посему носила мрачный суицидальный характер. Что, впрочем, не мешало Олди со всей своей непосредственностью интересоваться очередным повышением цен в рижских магазинах.

О НЕПОСРЕДСТВЕННОСТИ ОЛДИ: Непосредственность Олди действительно не знает границ. Об этом ходит не одна легенда. К примеру, однажды он вместе с питерским другом пересекал границу России и одной из прибалтийских республик. Таможенник-прибалт, порыскав в торбе Олди, отыскал там баночку из-под майонеза, наполненную какой-то травой. "Что это вы везете?" - поинтересовался мужчина в униформе. "Марихуану",- философски отвечал Олди. Его другу стоило немалых трудов убедить представителя власти в том, что в баночке из-под майонеза был безобидный легальный укроп...

Сведения об Олди (настоящее имя - Сергей Белоусов) скудны и обрывочны.известно что он родился на Алтае, в маленьком городе Осинники, жил в основном у бабушки а Горноалтайске, потом немного в азии и снова в Сибири и в возрасте 15 лет в 1976году,он уехал из Сибири в Калининград, к маме.в этом городе он поступил учиться на корабельного кока. Работал художником-оформителем в ДКР, Там в 1986 году он и собрал свою первую группу - "Свободный член", ориентированную на панк-рок и пост-панк. А осенью 1987-го появился и "Комитет охраны тепла", ориентирами которой стали ска и рэггей. Эстетика "Комитета" стала результатом смешения и взбалтывания ингридиентов целого ряда культур: русских текстов, ямайской музыки, готической атрибутики с педалированием в текстах лозунгов на немецком языке - от растаманского клича "Ich bin Soldat Jah!" до ницшеанского "Jedem das seine". В поведении Олди как в группе, так и в миру преобладало индиффирентное отношение к объективной реальности. Однако ранним текстам Олди ещё была присуща социальная окраска: "Вырубим гадов, съедим демократов, я буду действовать, я - провокатор, сорваны цепи, сомкнуты кольца, чем же вы заняты, комсомольцы?" В феврале 1988 года в кенигском ДК железнодорожников "Комитет охраны тепла" записывает свой первый магнитоальбом - "Зубы". Его музыкальную основу составил импульсивный, отчасти не совсем оформленный рэггей со ска-мотивами. Впрочем, музыка "Комитета" служила лишь фоном для наилучшего восприятия слушателем экзистенциальных текстовок Олди. Приятно дополняло композиции ненавязчивое звучание соло-гитары, которое оживляло готический саунд группы редкими, но меткими вкраплениями русско-советской фольклорной лирики. В альбоме явно выделяются три вещи: "Так скажи нам, Jah!", "Твой розовый балет" и, конечно же, "Не верь мне": И когда ты замерзнешь в этой стремной стране, дождь и снег, и каждый день - как на войне, и никто не поможет, и никто не простит, здесь каждый второй - свин, я тебе говорил...

ОЛДИ, ЛЕНИН И ДЖОПЛИН: Возвращаясь к композиции "Не верь мне", стоит отметить, что поверить в байки, рассказываемые Олди, зачастую действительно сложно. Однажды, объясняя своей подружке отсутствие интереса к состоянию здоровья ее родителей, Олди отшутился весьма своеобразно: "Понимаешь, ко мне вчера Дженис Джоплин приходила, а ты тут со своими проблемами пристаешь..." А друзей он часто заставляет выслушивать его продолжительные рассказы об одежде Ильича, которого он якобы только что встретил на Невском. Что особенно пикантно, ежели учесть, что Джоплин "откинулась" ещё в семидесятом, а Ильич - так и вовсе в двадцать четвертом.

В 1989 году определяется окончательный состав "Комитета охраны тепла": Олди (вокал, ритм-гитара), Андрей Моторный (соло-гитара), Андрей Редькин (бас), Андрей Брытков (саксофон) и Александр Верешко (барабаны, перкуссия). Именно этим составом "Комитет" разъезжает по северо-западу Союза. Группу уже знают в Харькове, Риге и Архангельске. В декабре "Комитет" принимает участие в фестивале "Сырок", где его признают открытием года. Видный рок-критик Александр Кушнир именно здесь дает определение стиля "К.О.Т." - "припанкованный реггей с матерком". Насчет этого, конечно, можно поспорить. Единственное, что объединяет Олди с панк-роком - так это ставшая хрестоматийной фраза Джона Роттена "Don't know what I want? but I know where to get it" ("Не знаю, чего я хочу, но я знаю, где взять ЭТО") ЭТО в панк-культуре - безудержное стремление к нигилизму.

Тем временем "Комитет охраны тепла" записывает второй альбом - "Король понта" (второе название магнитоальбома "Зомби"). По части текстов новый проект значительно отличается от прежнего: образ врага a priori в лице Системы в текстах Олди не находит столь радикального воплощения, как, скажем, в песнях Егора Летова и Романа Неумоева. В эстетике Олди Система - это, скорее, лишь образ механизма "интеллектуального фашизма": постоянное подчеркивание принципа свободного творчества, затем - борьбы с ним и, наконец, использование его результатов в интересах Системы. Примеры искать не надо: российские рок-группы "Чайф", "Серьга", "Алиса" и отец русского рока Борис Борисыч Гребенщиков.

Музыка "Комитета охраны тепла" стала более структурированной, но тексты Олди полны метафизики и экзистенциальных заморочек. В магнитоальбоме "Король понта" появились поистине "хитовые" композиции - "Африка", "Колыбельная", "Новый солдат", "Завтра не будет..." и, безусловно, лучшая песня Олди "Не время любить": Ваша личная жизнь на любом этаже на четыре замка, это значит уже: не время любить... К тому времени, когда Олди выпустил свой последний альбом - "Комитет охраны тепла" - он уже разогнал группу. Улучшенная аранжировка старых песен отнюдь не способствовала их восприятию слушателем. Качественно ново заиграла бас-гитара, однако явно не хватало соло. Смешение двух вещей в контексте одной композиции тоже не делало песни более удобоваримыми - к примеру, взять хотя бы миксированный вариант "Не верь мне" и "Красных волков". И лучшей характеристикой альбома (да и вообще мироощущения Олди) будут, на мой взгляд, строки из композиции "Так скажи нам, Jah!", за которую Олди в свое время получил распространенное в рокерской среде обвинение в пристрастии к фашизму: Ненавижу Вчера и Сегодня забыл На ваше Светлое Завтра я давно положил... И вряд ли у кого-то найдутся должные аргументы, чтобы переубедить Олди...

Анатолий Беляев.

Яндекс.Метрика